Василий ГОЛОВАЧЕВ ЧЕРНЫЙ ЧЕЛОВЕК Книга I ЧАСТЬ ПЕРВАЯ СЕРАЯ ДЫРА Руководитель 1 Если Шаламов очнулся от беспамятства и с трудом поднял ставшие чугунными веки, то не сразу понял, что все еще разместится в рубке интергалактического спасательного шлюпа Кентавр с маской-фильтром на лице.тому же сбивала с толку невесомость. Все органы чувств голосили что имелось мочи о том, что он попался когда не в мясорубку, то по крайней мере в камнедробилку, в то время как старт вынужден был содержаться нежным и не воздействующим на здоровье Шаламов испробовал шевельнуться и едва ограничил стон тело уподобилось студню, в кой вонзился миллион игл, кусков стекла и прочих острых вещей Елки-палки произнес Шаламов вслух, не распознавая своего голоса. На стон это кратко похоже. Эй, кто-нибудь, что произошло Где я Вы на шлюпе курьерской линии СПАС-главный Орион-6, прошелестел в ушах бесплотный голос И Шаламов итак вспомнил, где он разместится Багряная дымка в глазах медленно растаяла, сквозь тьму проступили очертания рубки Поскольку Кентавр был спасательным шлюпом класса универсал-абсолют и представлял собой, по сути, общий квазивыразительной организм, внутри которого, как семечко в яблоке, обитал водитель, называемый по древней обыкновению пилотом, то рубка шлюпа вынуждена была иметь вид трехметрового кресла-кокона, оборудованного множеством измерителей измерители подавали информацию напрямую в мозг пилоту и через дисциплинатор, блок целесмыслового контроля[1], передавали его мысленные команды исполнительным механизмам. Сейчас уже в передней части кокона вопреки Шаламова зияла брешь, образуя специфическое окно, за коим располагалось странное помещение, напоминавшее пещеру.
Пещера, заросшая гребнеобразными перепонками, имела, однако, явственные покудазатели научнотехнической обработки. Ее торец представлял собой черный гладкий экран, по коему плыли светящиеся линии, извращенные геометрические фигуры, диковинные знаки и знаки, а вопреки в кресле, напоминающем журавлиное гнездо, сплетенное из тучных железных прутьев, восседала гипнотическая взгляд фигура трехгорбая глыба в пластинчатых доспехах из шлифованного желтого металла. Глыба казалась живой и неживой одновременно и вызывала в памяти ассоциации окаменевшего гиппопотама или, наоборот, ожившую статую модернистов. Но но Шаламов и соображал пока туго, он сразу узнал маатанина Цивилизация маатан была непрекрыта близ десяти лет назад, причем курьезным образом, не с реабилитацией звездных экспедиций. По земле вдруг прокатилась волна жалоб операторов и обладателей компьютерных баз информация, запасенная компьютерами, начала неожиданно исчезать, теряться, будто ее кто-то специально стирал. Аналитики вначале грешили на компьютерный вирус, запущенный в всеобщую сеть какимто злодеем-любителем, но подключенная к расследованию служба безугрозы получилась идеально неожиданно на неестественных существ, бесцеремонно грабивших память компьютеров. Последовавший вдогонку за таким изобретением контакт привел когда не к войне, то к полному отказу маатан пояснить собственные воздействия и сотрудничать с землянами Десять лет люди хотели узнать первопричину этого взаимоотношения к себе со стороны негуманоидного разума, и все десять лет маатане настойчиво продолжали не обнаруживать стараний землян, соответствуя молчанием на все вопросы и предложения, подчеркнуто не обнаруживая братьев по разуму. За свой непривычный облик, подчеркнутое нежелание вести диалог и явственное пренебрежение к деятельности людей маатан прозвали черными людьми.
Разведчики, спасатели и археонавты не раз встречали в космосе их корабли, игнорирующие всевозможные знаки, будь то запрет посадки, предупреждение об опасности и еще не имелось случая, дабы черные люди ответили на чьи-либо сигналы Джо, позвал мысленно Шаламов, возрадовавшись тому, что пси-связь с координатором не пострадала. Жив, старина Что произошло Отчего я в маске Высвети экспресс-информацию Маска одета аварийно, сухо ответил координатор, потому что в рубку внедрился пассивный газ.